В ПОДВАЛЕ

КОГДА НА СЛЕДУЮЩЕЕ УТРО Я ПРИШЛА ЕГО НЕ БЫЛО ГОД ПОДЪЕЗДА, Я ОБНАРУЖИЛА ЕГО УЭЕ В ПОДВАЛЕ. Я ЗАШЛА, РАЗДЕЛАСЬ (ТАМ БЫЛО ВСЕГДА ТЕПЛЛО, ДАЖЕ ЖАРКО) ПО СВОЙСКИ РАЗВАЛИЛАСЬ НА ДИВАНЕ. МЫ СИДЕЛИ РАЗГОВАРИВАЛИ, СЛУШАЛИ МУЗЫКУ, ВДРУГ ОН ВСТАЛ И ЗАКРЫЛ ДВЕРЬ И ГОВОРИТ ВДРУГ КТО ПРИДЕТ НАМ ВЕДЬ НЕ НАДО МЕШАТЬ? «РАЗДЕВАЙСЯ!» - СКАЗАЛ ОН. Я КОНЕЧНО ПОПРОСИЛА ЕГО НЕ ДЕЛАТЬ СО МНОЙ НИЧЕГО, НО ПОНИМАЯ СВОЁ ПОЛОЖЕНИЕ НЕ ОСОБО УСЕРДСТВОВАЛА. ИЗ ШКАФА ОН ДОСТАЛ ВЕРЕВКУ. «-РАЗДЕВАЙСЯ БЫСТРО, СУКА!» - С ЭТИМИ СЛОВАМИ ОН ПОШЕЛ НА МЕНЯ. Я НАЧАЛА МЕДЛЕННО СНИМАТЬ КОФТУ И ЮБКУ. «ЮБКУ ПОКА ОСТАВЬ, СНИМАЙ КОЛГОТКИ» ОСТАВШИСЬ В ЮБКЕ САПОГАХ И СТРИНГАХ, Я ПОЧУВСТВОВАЛА СЕБЯ КАКОЙ-ТО ШЛЮХОЙ О ЧЕМ ОН МНЕ СРАЗУ И СКАЗАЛ. «НАГИБААЙСЯ». СТОИТ ЗАМЕТИТЬ ЧТО ОКОЛО СТЕНЫ НА РАЗНЫХ УРОВНЯХ ШЛИ ТРУБЫ, И КОГДА Я НАГНУЛАСЬ ОН ПРИВЯЗАЛ МОИ НОГИ И РУКИ Р НИЖНЕЙ ТРУБЕ. «ТЕПЕРЬ СЛУШАЙ МЕНЯ, ПРЕЛЕСТЬ, Я НИКОГДА НЕ ТРХАЮ ТАКИХ ШЛЮХ КАК ТЫ ВО ВЛАГАЛИШЕ, ТЕБЯ УЖЕ ТРАХНУЛИ В ЖОПУ?» «НЕТ» МНЕ СТАНОВИЛОСЬ СТРАШНО, Я НИЧЕГО НЕ МОГЛА СДЕЛАТЬ, К ТОМУ ЖЕ САША БЫЛ БОЛЬШИМ И СИЛЬНЫМ. «ЗНАЧИТ СЕЙЧАС, СУЧКА, ТЫ СЛЕДУЯ МОИМ ПРИКАЗАНИЯМ БУДЕШЬ РАСТЯГИВАТЬ СВОЮ ЖОПУ, Я НЕ ЛЮБЛЮ НАПРЯГАТЬСЯ!» ОН ПОДОШЕЛ КО МНЕ ВРЕЗАЛ МНЕ ПО ЖОПЕ, РАЗВЕЛ МОИ ПОЛОВИНКИ, РЕЗКО ВОГНАЛ МНЕ В ПОПУ ПАЛЕЦ, Я ВСКРИКНУЛА. "НЕ ВРЕШЬ СУКА, ДЕВСТВЕННАЯ ЖОПА ГОД ТЕБЯ. ЗНАЧИТ ТАК СЕЙЧАС Я РАЗВЯЖУ ТЕБЯ, ТЫ ВОЗЬМЁШЬ В УГЛУ БУТЫЛКУ ИЗО ПОД ВОДКИ, ПОСТАВИШЬ ЕЁ НА КОВЕР, СНИМЕШЬ ЮБКУ И СЯДЕШЬ ЖОПОЙ НА НЕЙ, ЕСЛИ ТЫ НЕ СДЕЛАЕШЬ ЭТО ЗА ПЯТЬ МИНУТ Я САМ ЗАСУНУ ТЕБЕ БУТЫЛКУ, КАК ПАЛЕЦ, ПОНЯЛА?" Я БЫСТРО СООБРАЗИЛА ЧТО МНЕ СТОИТ ПОСТАРАТЬСЯ ИНАЧЕ МОЯ ПОПА ПОРВЕТСЯ. Я ДОСТАЛА ОТКУДАТО ИЗО УГЛА ВОДОЧНУЮ БУТЫЛКУ, ОН КИНУЛ МНЕ ПРЕЗЕРВАТИВ, Я НАТЯНУЛА ЕГО НА ГОРЛЫШКО, ОН ПРИКАЗА ПОДОЙТИ К НЕМУ (ОН СИДЕЛ НА ДИВАНЕ) И НАГНУТЬСЯ РАКОМ И РАЗВЕСТИ ПОЛОВИНКИ, ПОСЛЕ ЧЕГО ОН ХАРКНУЛ МНЕ НА АНУС И СКАЗАЛ «ПРИСТУПАЙ!» Я ПОДОШЛА К БУТЫЛКЕ, ОПУСТИЛАСЬ НА КОЛЕНИ, ВЗЯЛАСЬ ЗА ГОРЛЫШКО БУТЫЛКИ, НАЧЕЛИЛА ЕГО НА СВОЮ ДЫРОЧКУ И НАЧАЛА МЕДЛЕННО САДИТЬСЯ, КАК ТОЛЬКО МОЙ АНУС РАЗДВИНУЛСЯМНЕ СТАЛО ЖУТКО БОЛЬНО, Я ХОТЕЛА ПОДНЯТЬСЯ НО ТУТ ПОДОШЕЛ ОН МЕДЛЕННО, НОСИЛЬНО НАЧАЛ ДАВИТЬ МНЕ НАПЛЕЧИ - БУТЫЛКА ВСЁ ГЛУБЖЕ И ГЛУБЖЕ УХОДИЛА МНЕ В ПОПУ. ЗАТЕМ ОН ВЗЯЛ МЕНЯ ЗА ТАЛИЮ И ПРИЖИМАЯ ВНИЗ НАЧАЛ ДЕРГАТЬ ВПЕРЕД И НАЗАД ВМЕСТЕ С НЕВЫНОСИМОЙ БОЛЬЮ Я ВДРУГ НАЧАЛА ЧУВСТВОВАТЬ КАКОЙ-ТО НАКАТ, И ВДРУГ Я КОНЧИЛА, Я КРИЧАЛА «ЕЩЁ, ЕЩЁ» В ЭТО ВРЕМЯ ОН ВДЕРНУЛ БУТЫЛКУ И ВОТКНУЛ ВЫСТАВОК МЕНЯ СВОЙ ЧЛЕН И НАЧАЛ ДРАИТЬ МОЮ ПОПУ... НА ЭТОМ ТОЖЕ ВСЁ НЕ ЗАКОНЧИЛОСЬ...

ПОДГЛЯДЫВАЛ ЗА РОДИТЕЛЯМИ ДРУГА

ДЯДЯ ВИТЯ ЛЕЖАЛ НА КРОВАТИ, ПОГЛАЖИВАЯ СВОЙ ЧЛЕН, ПРИГОВАРИВАЛ:-СДЕЛАЙ МНЕ МИНЕТ. ТЕТЯ СВЕТА ВИДИМО БЫЛА ТАК ВОЗБУЖДЕНА, ЧТО НИ СЛЫШАЛА НЕ ЧЕГО. ПОДОЙДЯ КРОВАТИ, ОНА НАКЛОНИЛАСЬ НАД ЕГО ЧЛЕНОМ И ПОЦЕЛОВАЛА ГОЛОВКУ. ХУЙ ЗАДЕРГАЛСЯ, ОНА ВСТАЛА НА КОРТОЧКИ ТАК, ЧТО МНЕ СТАЛО ВИДНО ЕЁ ВЛАЖНУЮ КИСКУ. ПРОСУНУВ РУКУ МЕЖДУ ЕЁ НОГ, ДЯДЯ ВИТЯ НАЧАЛ ВВОДИТЬ ПАЛЬЧИК ВО ВЛАГАЛИЩЕ, ОНА ЗАСТОНАЛА И ПРИНЯЛАСЬ ОБЛИЗЫВАТЬ ЕГО ЧЛЕН. ОН ЗАСУНУЛ БОЛЬШОЙ ПАЛЕЦ ЕЁ ВО ВЛАГАЛИЩЕ, А УКАЗАТЕЛЬНЫМ РАСТИРАЛ АНАЛЬНОЕ ОТВЕРСТИЕ, ПОСТЕПЕННО ВВОДЯ НЕГО СВОЙ ПАЛЕЦ. ТЕТЯ СВЕТА СОСАЛА ЧЛЕН, ЗАГЛАТЫВАЯ ЕГО ПО САМЫЕ ЯЙЦА. РАЗВЕРНУВШИСЬ К НЕМУ ЗАДОМ, ОНА РАСПОЛОЖИЛА ЕГО ЛИЦО ГОД СЕБЯ МЕЖДУ НОГ. ДЯДЯ ВИТЯ СНАЧАЛА УТКНУЛСЯ ЕЙ В ЗАДНИЙ ПРОХОД. ПОСЛЕ ЭТОГО ОН ПРИНЯЛСЯ ОБЛИЗЫВАТЬ ЕГО. ТЕМ ВРЕМЕНЕМ ТЁТЯ СВЕТА ПОСАСЫВАЛА ЕГО ЯИЧКИ И ТЩАТЕЛЬНО ОБЛИЗЫВАЛА ГОЛОВКУ. Я ТАК СИЛЬНО ВОЗБУДИЛСЯ, ЧТО БЫЛ ГОТОВ КОНЧИТЬ, КАК ВДРУГ ТЕТЯ СВЕТА ПЕРЕВОДИТ ВЗГЛЯД НА ДВЕРЬ, И ВИДИТ МЕНЯ СО СТОЯЧИМ ЧЛЕНОМ, Я ЗАМЕР. ТЁТЯ СВЕТА СДЕЛАЛА ВИД, ЧТО МЕНЯ НЕ ЗАМЕТИЛА. А ДЯДЯ ВИТЯ ПРОДОЛЖАЛ ЛИЗАТЬ ЕЁ ВЛАГАЛИЩЕ, ПРОНИКАЯ ЯЗЫКОМ КАК БАЗИС ГЛУБЖЕ И ВСУНУВ ЕЙ ПАЛЕЦ В АНАЛЬНОЕ ОТВЕРСТИЕ ВТАЛКИВАЯ ЕГО ПОЛНОСТЬЮ. ОНА ПОВЕРНУЛАСЬ К НЕМУ ЛИЦОМ И ВСТАВИЛА ХУЙ СЕБЕ В ПИЗДУ. И НАЧАЛА СКАКАТЬ НА НЕМ ДО ТЕХ ПОР, ПОКА ДЯДЯ ВИТЯ ИЗМЕНИЛО ВЫГНУЛСЯ КАК ДУГА И, ЗАКРИЧАЛ:-КОНЧАЮ! ДЯДЯ ВИТЯ НАЧАЛ ТРЯСТИСЬ, В ЭТОТ МОМЕНТ ОНА СОСКОЧИЛА С НЕГО И ВЗЯЛА ЕГО ХУЙ В РОТ ПРОГЛАТЫВАЯ ЕГО СПЕРМУ, СЛИЗАВ ЕЁ ВСЮ ОНА ЛЕГЛА НА СПИНУ РАЗДВИНУВ ШИРОКО НОГИ. ДОСТАВ ИЗО ТУМБОЧКИ ФАЛЛОИМИТАТОР, ПРИСТАВИВ КО ВЛАГАЛИЩУ, ВВЕЛА ЕГО ПОЛНОСТЬЮ. ЭТО БЫЛО ТАКОЕ ЗРЕЛИЩЕ. ЧЕРЕЗ МИНУТУ ОНА ЗАСТОНАЛА И КОНЧИЛА, ПОСМОТРЕВ НА ДВЕРЬ, ГДЕ СТОЯЛ Я, ЗАЖАВ В РУКЕ ЧЛЕН, И ТОЖЕ КОНЧАЛ. А ДЯДЯ ВИТЯ УЖЕ ХРАПЕЛ КАК МЕДВЕДЬ. ВЫЙДЯ ИЗО КОМНАТЫ, ТЁТЯ СВЕТА СКАЗАЛА:-ПОВТОРЯЕТ ТЫ КАКОЙ ПРОКАЗНИК, ЛЮБИШЬ ПОДГЛЯДЫВАТЬ. ПРИХОДИ ЗАВТРА, КОГДА НЕ БУДЕТ И МУЖА, И АНТОНА. НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ, ПРОГУЛЯВ УРОКИ В УЧИЛИЩЕ, ПРИШЕЛ ДОМОЙ Р АНТОХЕ. ДВЕРЬ ОТКРЫЛАСЬ И ПЕРЕДО МНОЙ СТОЯЛА ТЁТЯ СВЕТА ВЫСТАВОК ХАЛАТЕ. КАК ДАЛЬШЕ Я УЖЕ УВИДЕЛ, ЧТО ПОД НИМ НЕ БЫЛО НИ ЧЕГО. -ПРОЙДИ В КОМНАТУ, - СКАЗАЛА ОНА, - Я СЕЙЧАС БУДУ. ЧЕРЕЗ МИНУТУ ОНА ВОШЛА В КОМНАТУ С БОКАЛАМИ ШАМПАНСКОГО. СТЯНУВ С МЕНЯ ОДЕЖДУ ВЫЛИЛА НА МЕНЯ ШАМПАНСКОЕ И ПРИНЯЛАСЬ СЛИЗЫВАТЬ. ЯЗЫЧКОМ ОНА ПОТЕРЕБИЛА СОСКИ. СНЯВ ХАЛАТ, ТЁТЯ СВЕТА ПРИЖАЛАСЬ ГРУДЯМИ Р МОЕМУ ТЕЛУ. ЗАЖАЛА ЧЛЕН МЕЖДУ ГРУДЕЙ, И ПРИКАЗАЛА МНЕ ДВИГАТЬ БЕДРАМИ, И КОГДА ХУЙ ВЫХОДИЛ ИЗО ЕЁ ГРУДЕЙ, ОНА ВСТРЕЧАЛА ЕГО СТРАСТНЫМИ ПОЦЕЛУЯМИ. ПРИ ЭТОМ ОНА ВЗЯЛА ВИБРАТОР И ВЕЛА СЕБЕ ВО ВЛАГАЛИЩЕ И ВКЛЮЧИЛА ЕГО. ТАК ПРОДОЛЖАЛОСЬ ПРИМЕРНО МИНУТ ДЕСЯТЬ. ПРОНИЗЫВАЮЩАЯ СТРЕЛА СПЕРМЫ ВЫРВАЛАСЬ НАРУЖУ, БРЫЗГАЯ ЕЙ НА ЛИЦО И СТЕКАЯ ПО ГУБАМ, ПОПАДАЛА В РОТ. ОНА СУДОРОЖНО ЗАСТОНАЛА И КОНЧИЛА, ОБЛИЗЫВАЯ СВОИ ГУБЫ ОТ СПЕРМЫ. ПОВТОРЯЕТ ТАК Я ПЕРЕСПАЛ С МАТЕРЬЮ ДРУГА. НА ПРОТЯЖЕНИИ ПОЛУГОДА МЫ ЕЩЁ ВСТРЕЧАЛИСЬ ПАРУ РАЗ.

Супер-парикмахер

-ОН НЕ УМЕЕТ И НЕ ХОЧЕТ, КОРОЧЕ МОИ ВСЕ НА ДАЧЕ, ДО ПОНЕДЕЛЬНИКА (СЕГОДНЯ СУББОТА), ЖДУ ТЕБЯ ТРАНСЛИТЕРИРУЕТСЯ, ОПЛАТУ ГАРАНТИРУЮ (ХОХОЧЕТ). НАДО СКАЗАТЬ, ЧТО ОЛЯ ДЕВУШКА ОЧЕНЬ АПЕТИТНАЯ, МОЛОЖЕ ЛЕТ НА 5 МОЕЙ ЖЕНЫ, С 3 РАЗМЕРОМ ГРУДИ, ПОПКА - ПЕРСИК, ВОБЩЕМ Я ДРОЧИЛ НА НЕЁ ЧАСТЕНЬКО, ДАЖЕ ПОСЛЕ СЕКСА СО СВОЕЙ. ПРИЕХАЛ. ОЛЯ ВЫСТАВОК ХАЛАТИКЕ, ЕЛЕ ЖОПУ ПРИКРЫВАЮЩЕМ, ВОДУ В ТАЗИК УЖЕ НАЛИЛА И ВЫСТАВОК СПАЛЬНЮ ПРИНЕСЛА. БРИТВА ГОТОВА, САМА ТОЖЕ. -НУ ЛАДНО, - ГОВОРЮ, - ДАВАЙТЕ ПОСМОТРИМ ЧТО ГОД НАС ТУТ. -ДА И НЕ ТОЛЬКО ПОСМОТРИМ - ХОХОЧЕТ ЭТА СУЧКА ПОХОТЛИВАЯ. ОХ И ЗАРОСЛИ! СНАЧАЛА НОЖНИЦЫ, УБРАЛ КРУПНУЮ РАСТИТЕЛЬНОСТЬ. ПЕНКУ ДЛЯ БРИТЬЯ НЕЖНО НАНЕС:. О ДА МЫ ПОТЕКЛИ УЖЕ! ТЕРПЕНИЕ. БРИТВОЙ ПОМАХАЛ ВО ВСЕ СТОРОНЫ, ПОТРОГАЛ ПАЛЬЧИКОМ, ВРОДЕ ВСЕ ГЛАДКО. -ДАВАЙ В ДУШ. ВСЕ СМЫВАЙ ПОТОМ ЕЩЁ ПОСМОТРИМ. -ТЫ НЕ ПОЙДЕШЬ СО МНОЙ? -ЧЕВО Я ТАМ НЕ ВИДЕЛ! -ГОВОРЮ. -НУ ЛАДНО, ТОЛЬКО НЕ УХОДИ,-ПОДМИГИВАЕТ. ВЫШЛА ИЗО ДУША ОНА УЖЕ БЕЗ НИЧЕГО, УСЕЛАСЬ НА КРОВАТЬ, НОГИ РАЗДВИНУЛА, ЛЫБИТСЯ. НУ ТУТ Я РЕШИЛ ПРОВЕРИТЬ ЧИСТОТУ БРИТЬЯ ЯЗЫЧКОМ. ОБОЖАЮ Я ЭТО ДЕЛО! Я ВЫЛИЗЫВАЛ КАЖДУЮ СКЛАДОЧКУ ЕЁ КИСКИ, ПОЛУЧАЯ ВЫСТАВОК НАГРАДУ ГРОМКИЕ СТОНЫ ОТКУДАТО СВЕРХУ: НО ГОД НАС ВЕДЬ ЕСТЬ И ЕЩЁ ОДНА ДЫРОЧКА, ПРЕДМЕТ МОИХ ДАВНИХ МЕЧТАНИЙ. КОГДА Я КАК БЫ СЛУЧАЙНО ЗАДЕЛ ЯЗЫЧКОМ ЕЁ АНУС, ОЛЯ АЖ ВЗДРОГНУЛА. А ТЕПЕРЬ ЕЩЁ РАЗ, УЖЕ ПОГЛУБЖЕ:.ОЛЮ БЪЕТ МЕЛКАЯ ДРОЖЬ:.ПОНРАВИЛОСЬ! АГА ПЕРЕВОРАЧИВАЕТСЯ НА ЖИВОТ САМА И ПОПКУ ТАК ОЗОРНО ВВЕРХ! НУ ВОТ ОНА ВСЯ В МОЕМ РАСПОРЯЖЕНИИ! ОБАЛДЕННЫЙ ПОПКИ ВКУС ГОД, ИЗО ПИЗДЫ ТЕЧЕТ АЖ РУЧЬЕМ! ЭХ ЗАСАЖУ! СТЯНУЛ ШТАНЫ, ВЫТАЩИЛ ДАВНО УЖЕ СТОЯВШИЙ ХУЙ, ЗАГНАЛ СХОДУ В ПИЗДУ, НО ЭТО ТОЛЬКО ДЛЯ СМАЗКИ, ДЕРНУЛСЯ ПАРУ РАЗ, ВЫТАЩИЛ И ПРИСТАВИЛ Р ЗАДНИЦЕ:. -НЕЕЕТ, КРИЧИТ, А САМА НАЗАД ПОДАЕТСЯ И НАСАЖИВАЕТСЯ СРАЗУ ПОЧТИ ДО КОНЦА, ВОТ ЧТО ЗНАЧИТ ХОРОШО ВЫЛИЗАТЬ И СМАЗАТЬ ОЧКО! В ПОПКЕ ГОД ОЛИ ХОРОШО! ВМЕРУ ТЕСНО, ВМЕРУ СВОБОДНО. Я НАЧАЛ ТРАХАТЬ ЕЁ, ПОЧТИ ПОЛНОСТЬЮ ЗАГОНЯЯ ХУЙ И ПОЧТИ ПОЛНОСТЬЮ ВЫТАСКИВАЯ. ОЛЯ ТОЛЬКО МЫЧАЛА ВЫСТАВОК ПОДУШКУ, НО СУДЯ ПО ТОМУ КАК ОНА ПОДМАХИВАЛА ЕЙ ЭТО НРАВИЛОСЬ. Я ПОНЯЛ ЧТО СКОРО КОНЧУ, ВЫТАЩИЛ ХУЙ, ОЛЯ СРАЗУ РУХНУЛА НА КРОВАТЬ, ПЕРЕВЕРНУЛАСЬ НА СПИНУ И НАЧАЛА ГЛАДИТЬ СВОЮ ТОЛЬКО ЧТО ВЫБРИТУЮ КИСКУ. ОНА ЕЩЁ НЕ КОНЧИЛА, НО БЫЛА НА ГРАНИ. НУ А Я СУНУЛ ХУЙ ИЗО ЖОПЫ, ЕЙ В РОТ. ОНА ЛИЗНУЛА ПАРУ РАЗ И Я БУРНО ОБКОНЧАЛ ЕЙ ВСЁ ЛИЧИКО! ОНА РАЗМАЗАЛА РУКАМИ СПЕРМУ ПО СВОИМ ШИКАРНЫМ СИСЬКАМ И ОБЛИЗНУЛА СВОИ ЛАДОШКИ. -ТЕБЕ ПОНРАВИЛОСЬ?-СПРАШИВАЕТ ХИТРО УЛЫБАЯСЬ. -ОЧЕНЬ! -Я ДУМАЮ ЧЕРЕЗ НЕДЕЛЬКУ ВОЛОСИКИ ОТРАСТУТ И НАДО БУДЕТ ПОДПРАВИТЬ ПРИЧЕСОЧКУ! -НЕ ВОПРОС! ЗВОНИ, ЧТО НИБУДЬ ПРИДУМАЕМ!

Летний душ

ВОЗБУЖДЕНИЕ СТАЛО ВЗАИМНЫМ. СКВОЗЬ НАШИ ОДЕЖДЫ Я ЧУВСТВОВАЛ НЕБОЛЬШИЕ УПРУГИЕ ГРУДИ, ЕЕ ТВЕРДЕЮЩИЕ СОСКИ... ДА... СЕГОДНЯ ОНА ВСТРЕЧАЛА МЕНЯ БЕЗ ЛИФЧИКА. ЧЕГО Я ХОЧУ? КОГО... ТЕБЯ! МОЯ РУКА УЖЕ ПОГЛАЖИВАЛА ЕЁ АККУРАТНУЮ ПОПКУ. ЕЁ ДЫХАНИЕ УЧАЩАЛОСЬ. ОНА ТОЖЕ ХОТЕЛА МЕНЯ. Я СНИМАЛ С НЕЁ МАЕЧКУ, ОНА УЖЕ СТЯГИВАЛА МОЮ ФУТБОЛКУ. И ВОТ ЭТИ МЯГКИЕ ГРУДИ Я ЧУВСТВУЮ СВОИМ ТЕЛОМ. ОНИ ТАКИЕ ТЕПЛЫЕ ИХ ВСЕГДА ПРИЯТНО ЛАСКАТЬ. Я ПРИЛЬНУЛ ГУБАМИ Р ЕЕ СОСКАМ. СТОН ВЫРВАЛСЯ ИЗО ЕЁ ГРУДИ... А Я ПРОДОЛЖАЛ ЛАСКАТЬ СОСОЧКИ ЯЗЫКОМ... ОНА ИЗНЕМОГАЛА... Я ТОЖЕ ВОЗБУДИЛСЯ ДО ПРЕДЕЛА. ДАЛЬШЕ ЕЕ ДЖИНСЫ, МОИ ДЖИНСЫ, ЕЕ ТРУСИКИ, МОИ, ПОЛЕТЕЛИ В СТОРОНУ. Я ПОНЕС ЕЕ В ВАННУ. И ВОТ МЫ ЛАСКАЕМСЯ ПОД ТЕПЛЫМИ ЛЕТНИМИ СТРУЙКАМИ ВОДЫ. Я ПРИПОДНЯЛ ЕЕ ЛЕГКОЕ ТЕЛЬЦЕ, ОНА ОБХВАТИЛА МЕНЯ НОГАМИ И... Я ПЛАВНО НАЧАЛ ВХОДИТЬ В ЕЕ ПЕЩЕРКУ ЛЮБВИ. ЭТО ОБТЯГИВАЮЩАЯ ГЛУБИНА ПОГЛОЩАЛА МЕНЯ. ОНА СТАЛА ПОДМАХИВАТЬ МНЕ ПОПКОЙ... ДА ТАК БЫЛО ЕЩЕ ЛУЧШЕ... РИТМ УСКОРЯЛСЯ... ОНА УЖЕ НЕ ПРОСТО СТОНАЛА... ОНА ПОЧТИ КРИЧАЛА... КАЖДОЕ ДВИЖЕНИЕ СОПРОВОЖДАЛОСЬ СТОНОМ, А Я ВХОДИЛ ВСЕ ГЛУБЖЕ И ВСЕ ЧАЩЕ... ЕЕ СТОН СЛИЛСЯ В ЕДИНОЕ ЦЕЛОЕ И ОНА ЗАБИЛАСЬ В КОНВУЛЬСИЯХ НА МНЕ... ОДИН - НОЛЬ. ДЕРЖАТЬСЯ НА МНЕ ОН УЖЕ НЕ МОГЛА. ЕЙ ПРОСТО НЕ ХВАТАЛО СИЛ, Я ПРИЖАЛ ЕЕ К СТЕНЕ. НАПРЯЖЕННО НЕЁ ВСЕ НАЧИНАЛОСЬ С НАЧАЛА. Я ЖЕ СБАВИВ ТЕМП СНОВА ЕГО УСКОРЯЛ... И СНОВА ТИХИЕ СТОНЫ, КОТОРЫЕ ВСЁ ГРОМЧЕ И ЧАЩЕ... ОНА ОПЯТЬ ПОЧТИ НА ГРАНИ, ОНА ЖАДНО ХВАТАЕТ РТОМ ВОЗДУХ И ЗАДЫХАЯСЬ ОПЯТЬ КОНЧАЕТ. ДВА - НОЛЬ...) Я БЫЛ НА ГРАНИ... ДЕРЖАТЬ ЕЕ НЕ БЫЛО СИЛ, ХОТЕЛОСЬ КОНЧАТЬ, КОНЧАТЬ И КОНЧАТЬ... Я НУЖНО ОПУСТИЛ ЕЕ В ВАННУ. ОНА РЕШИЛА СТАТЬ ПОПКОЙ КО МНЕ... ОТ ТАКОГО СОБЛАЗНА УДЕРЖАТЬСЯ Я НЕ СМОГ... Я ВОШЕЛ СЗАДИ. И ОПЯТЬ ЕЕ ГОРЯЧАЯ ВЛАЖНАЯ ПЕЩЕРКА ЖУРЧАЩАЯ ВОДА... И ОБОИМ ХОРОШО. Я ОПЯТЬ ЗАДАЛ РИТМ... ОН БЫЛ ПРОСТО БЕШЕНЫМ... МЕДЛЕННЕЙ Я ПРОСТО НЕ МОГ... ОНА УЖЕ ПОДМАХИВАЛА МНЕ ПОПКОЙ. КАК ЖЕ ОНА БЫЛА СЕКСУАЛЬНА, КОГДА ПО НЕЙ ТЕКУТ СТРУЙКИ ВОДЫ И КАПАЮТ С НЕЮ, ЕЕ И БЕЗ ТОГО ГЛАДКОЕ И СОБЛАЗНИТЕЛЬНОЕ ТЕЛО СТАЛО ЕЩЕ ПРИЯТНЕЙ, ОНО ОТБЛЕСКИВАЛО ОТ ЛУЧИКОВ СВЕТА... ОНА ВОШЛА ВО ВКУС И ДЫХАНИЕ И СТОНЫ ОПЯТЬ СТАНОВИЛИСЬ ВСЁ ГРОМЧЕ... Я ВГОНЯЛ ВСЕ ГЛУБЖЕ... И ВОТ МЫ ОБА, МЫ ВМЕСТЕ, МЫ НА ПИКЕ ОСТРОТЫ ОЩУЩЕНИЙ... ОРГАЗМ НАСТИГ НАС ВМЕСТЕ... ТРИ - ОДИН! ...) А ДАЛЬШЕ... ДАЛЬШЕ НЕЖИТСЯ ВМЕСТЕ В ВОДЕ... БОЛТАТЬ О ЧЁМ-ТО И НИ О ЧЕМ... ОБНИМАТЬ ДРУГ ДРУГА, А ПОТОМ ОТНЕСТИ ЕЕ ВЫСТАВОК ТЕПЛУЮ ПОСТЕЛЬ И ЗАСНУТЬ ВМЕСТЕ С НЕЙ... В ОБЪЯТИЯХ ДРУГ-ДРУГА.

Наш господин

В ЭТО МГНОВЕНИЕ ОН БЫЛ ЧУЖИМ. НЕ НАШИМ ДРУГОМ, НЕ ТЕМ, КТО НАС ЛЮБИТ. И Я БОЯЛАСЬ ДАЖЕ ПРЕДСТАВИТЬ, ЧТО ОН МОЖЕТ СДЕЛАТЬ С НАМИ. АРЛИ ПОТЯНУЛ ЗА ЦЕПИ, И МЫ БЫЛИ ВЫНУЖДЕНЫ ПОВИНОВАТЬСЯ И ПОДПОЛЗТИ К НЕМУ. АРЛИ ВЗЯЛ НАС РУКАМИ ЗА ПОДБОРОДКИ, ПОДНЯЛ КВЕРХУ И СКАЗАЛ:-НУ ЧТО, ДЕТКИ, ТЕПЕРЬ ВЫ БУДЕТЕ ДЕЛАТЬ ВСЁ ЧТО Я СКАЖУ! МАЛЕЙШЕЕ НЕПОВИНОВЕНИЕ – И ВЫ БУДЕТЕ НАКАЗАНЫ ПО ПОЛНОЙ ПРОГРАММЕ. ЯСНО? МЫ МОЛЧАЛИ. -Я НЕ СЛЫШУ ОТВЕТА. -ДА, ГОСПОДИН... - А ТЕПЕРЬ ДЕЛАЙТЕ МНЕ ПРИЯТНО. ТОД ПЕРВЫМ НАЧАЛ РАССТЕГИВАТЬ МОЛНИЮ ЕГО КОЖАНЫХ ОБЛЕГАЮЩИХ БРЮК. БЫЛО ВИДНО, ЧТО АРЛИ УЖЕ ВОЗБУЖДЕН, И ЕГО ЧЛЕН СТОЯЛ, ВЫПИРАЯ БУГРОМ ПОД ТКАНЬЮ. ОН НЕ НОСИЛ НИЖНЕГО БЕЛЬЯ, ПОЭТОМУ, РАССТЕГНУВ МОЛНИЮ, ТОД СРАЗУ ВЫТАЩИЛ ЕГО ЧЛЕН НА ПОВЕРХНОСТЬ. ЕГО ЧЛЕН БЫЛ НА УДИВЛЕНИЕ КРАСИВЫМ, РОВНЫМ, СО СЛЕГКА ВЗДУВШИМИСЯ ВЕНАМИ. ПОЧТИ КАК ГОД ТОДА – ПОДУМАЛА Я... - НАЧИНАЙТЕ. И ЕЩЕ. ЕСЛИ КТО-ТО ВАС ИЗО ПРИКОСНЕТСЯ К НЕМУ ЗУБАМИ СВОИМИ ОСТРЫМИ МЕРЗКИМИ ЗУБАМИ, ИЛИ СДЕЛАЕТ МНЕ НЕПРИЯТНО, ТО ПОЛУЧИТ НАКАЗАНИЕ. МЫ С ТОДОМ ПРИБЛИЗИЛИСЬ ГУБАМИ Р ЕГО ЧЛЕНУ И НАЧАЛИ ПОТИХОНЬКУ ОБЛИЗЫВАТЬ ЕГО. СНАЧАЛА НЕРЕШИТЕЛЬНО, ПОТОМ ВСЁ СМЕЛЕЕ... УСЛЫШАВ ЕГО СДАВЛЕННЫЙ СТОН, МЫ ПОНЯЛИ, ЧТО ТАК ЕМУ НРАВИТСЯ. ГОЛОВКА БЫЛА МЕЖДУ НАШИМИ РТАМИ, И СВОИМИ ЯЗЫКАМИ МЫ ДОСТАВЛЯЛИ ЕМУ НЕЗЕМНОЕ УДОВОЛЬСТВИЕ. ДА, ЕМУ ЭТО НРАВИЛОСЬ. ОН СИЛЬНЕЕ СЖАЛ ЦЕПИ В РУКАХ, И ОТКИНУЛСЯ НАЗАД. МЫ ВСЕ РЕШИТЕЛЬНЕЕ ЗАГЛАТЫВАЛИ ЕГО ЧЛЕН, ЦЕЛУЯСЬ ВЗАСОС С ТОДОМ, ПРИ ЭТОМ ЕГО ЧЛЕН СКОЛЬЗИЛ МЕЖДУ НАШИМИ ГУБАМИ И ЯЗЫКАМИ. -УМНИЦЫ, ДЕТКИ. - СТОНАЛ АРЛИ,-ВОТ ТАКИМИ ВЫ МНЕ НРАВИТЕСЬ... В СЛЕДУЮЩЕЕ МГНОВЕНИЕ МОИ ЗУБЫ КОСНУЛИСЬ ЕГО ЧЛЕНА... СРАЗУ ЖЕ ПОСЛЕ ЭТОГО Я ПОЛУЧИЛА ПОЩЕЧИНУ, ПОТОМ ЕЩЕ, И ЕЩЕ... ОН ХЛЕСТАЛ МЕНЯ ПО ЩЕКАМ, ЕГО ОСТРЫЕ НОГТИ ЗАДЕВАЛИ МОЮ КОЖУ, ОСТАВЛЯЯ РОЗОВЫЕ СЛЕДЫ. КАЖДАЯ ПОЩЕЧИНА ОСТАВЛЯЛА РЕЗКУЮ ГОРЯЩУЮ БОЛЬ НА МОИХ ЩЕКАХ. НО Я УЖЕ НИ О ЧЕМ НЕ ДУМАЛА В ТОТ МОМЕНТ... ПОСЛЕДНЯЯ ПОЩЕЧИНА - И НА МОЕЙ ЩЕКЕ ДЛИННАЯ ЦАРАПИНА С ПРОСТУПАЮЩИМИ КАПЛЯМИ КРОВИ. -ТЕПЕРЬ ТЫ БУДЕШЬ ЗНАТЬ, ЧТО ЗНАЧИТ ОСЛУШАТЬСЯ МЕНЯ. ПРОДОЛЖАЙТЕ. ТЕПЕРЬ МЫ С ТОДОМ РАБОТАЛИ ЕЩЕ БОЛЕЕ СТАРАТЕЛЬНО НАД ЕГО ЧЛЕНОМ, Я НЕ ХОТЕЛА ЕЩЕ РАЗ ИСПЫТАТЬ НАКАЗАНИЕ, МОИ ЩЕКИ ПЫЛАЛИ ОГНЕМ, А КРОВЬ МЕДЛЕННО СКАТЫВАЛАСЬ ВНИЗ... ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО МГНОВЕНИЙ ЕГО ЧЛЕН СТАЛ ПУЛЬСИРОВАТЬ В ТАКТ РИТМА КРОВИ, И БЫЛО ЯСНО, ЧТО ОН ВОТ-ВОТ КОНЧИТ. -ЕСЛИ ХОТЬ ОДНА КАПЛЯ ПРОЛЬЕТСЯ НАРУЖУ, ВЫ ВДВОЕМ ПОЛУЧИТЕ НАКАЗАНИЕ В ДВА РАЗА СИЛЬНЕЕ, ЯСНО? -ДА, ГОСПОДИН, - ПРОХРИПЕЛИ МЫ, НЕ ОТРЫВАЯСЬ ОТ ЕГО ЧЛЕНА. СИЛЬНАЯ СТРУЯ УДАРИЛА В НАШИ РТЫ, МЫ ГЛОТАЛИ ВСЁ, БОЯСЬ ПРОЛИТЬ ХОТЬ КАПЛЮ, ПОТОМ ЕЩЕ И ЕЩЕ... АРЛИ СОДРОГАЛСЯ В ОРГАЗМЕ, А МЫ ГЛОТАЛИ И СЛИЗЫВАЛИ КАЖДУЮ КАПЛЮ С ЕГО ПУЛЬСИРУЮЩЕГО ЧЛЕНА. КОГДА ЕГО ОРГАЗМ КОНЧИЛСЯ, АРЛИ СВЕРКНУЛ ЗЕЛЕНЫМИ ГЛАЗАМИ И ПОСМОТРЕЛ НА НАС... ПРОТЯНУЛ МНЕ РУКУ. Я ПОЦЕЛОВАЛА ЕЕ. АРЛИ ПОТЯНУЛ ЗА МОЙ ОШЕЙНИК. Я ПРИБЛИЗИЛАСЬ К НЕМУ ПОЧТИ ВПЛОТНУЮ. АРЛИ СЛИЗАЛ КАПЛИ КРОВИ С МОЕЙ ЩЕКИ...

Моя маленькая Вера

Скажем так, мы постоянно сюсюкались друг с другом, не позволяя партнеру испытать даже тень обиды или нести груз недосказанности. И удавалось нам сохранить такие бережные отношения до сих пор. Наши ссоры можно было пересчитать на пальцах. Вера - близкое к моему идеалу маленькое, хрупкое и нежное создание. Она одна из тех "девочек ", которые вероятно остаются девочками даже в 50. Ее ушам всегда претили грубые выражения, я уже не говорю о матершине. Я в ее присутствии такого никогда себе не позволял, и даже близкие и друзья, находясь рядом с ней становились мягче и спокойней. Черты ее лица не отличаются броскостью, скорее они мелкие, но при этом очень аккуратные и женственные. Она практически никогда не пользуется косметикой, но от этого ее лицо не становится менее красивым и привлекательным. Ее фигура - под стать лицу - хрупкая, аккуратная и женственная. Чуть ниже среднего роста, с небольшой, но упругой грудью, достаточно узкими, как для родившей ребенка женщины, бедрами, тоненькой талией и ровненькими гладкими ножками. В моих глазах Вера всегда ассоциировалась с ангелом, чистым и незапятнаным ничем. Я искренне люблю ее зо то, какая она внешне и внутренне. Я сам - всегда выглядевший младше своих лет парень, Увы никогда не обладал мощной мускулатурой, но не ниже среднего роста и физически не хилый. Хотя многие считают меня излишне стройным, но уж такой я есть. Для большей половины женского окружения я являюсь привлекательным и симпатичным. Я такой, кого в женской среде принято называть "миленький мальчик". Вера всегда говорила, что я - ее идеал, и мне верилось, а окружающие подтверждали мою веру оценками в наш адрес. Нас считали гармоничной и очень счастливой парой. Мне казалось - мы созданы друг для друга. Вера никогда не работала - я оберегал ее от этого. Сначала роды, потом первые годы жизни нашего сына, потом все заботы по дому, покупки, проблемы - все взяла на себя моя нежная половина. Она всегда была чем-то занята и никогда не сидела без дела. Мне даже казалось временами, что она берет на себя непосильную ношу, ведь я ничего не делал кроме ежедневных походов на работу, и даже не знал, откуда все берется. Работал я самозабвенно, с любовью к своему делу, потому зарабатывал по меркам нашего города не меньше большинства и мог обеспечить нас троих. Зачастую я до поздна задерживался на работе, но все к этому давно привыкли. Мы постоянно были друг с другом на связи, созванивались и делились впечатлениями о всех событиях произошедших с момента последнего разговора. Я знал о Вере все, и она все знала обо мне. Мы были целым - семьей. В постели Вера всегда вела себя несколько скованно, стыдливо. Она никогда не смотрела мне в глаза, и всегда смущалась своей полной наготы. Все происходило по ставшей с годами привычной схеме. Мы принимали душ порознь, выключали свет, некоторое время целовались, гладили друг друга, в основном по спине, голове, шее. Вера всему предпочитала миссионерскую позицию и не позволяла мне отвлекаться от ее губ, нежно отводя мои руки от всех других частей своего тела. Любые мои поползновения в сторону более раскованного и разнообразного секса мягко обрывались ее просящим понимания взглядом. Мне сложно было просить от нее чего-то большего, она всегда была такой, какой была и я смирился с этим. Да, мне хотелось оральных ласк и разнообразия поз, но Вера всегда так напрягалась, когда я к этому начинал клонить, что мне просто становилось жаль ее. Вчера досадная авария на подстанции нашего предприятия заставила меня почти с самого утра оторваться от любимого дела и, за отсутствием возможности заняться на работе хоть чем-то, податься домой. Добрался я к 11, Веры не было - она повела ребенка к бабушке и вероятно сейчас укладывает его спать. Я не стал ее отрывать и прилег на веранде нашей квартиры, которая располагается на 9 этаже высотки, помечтать. Был уже конец недели - пятница, и я порядком устал. На улице стояла сильная жара и мне пришлось плотно прикрыть жалюзи на веранде, чтобы в лицо не било солнце. Незаметно для себя, сквозь мысли роившиеся в моей голове, я провалился в дрему. Мне снилось мое рабочее место, оно было залито водой, все документы погублены, компьютер испорчен... . Вдруг я услышал хлопок, с которым у в нашу квартиру закрывается входная дверь. "Пришла Вера", - мелькнуло в моем окончательно не пришедшем в сознание после дремы мозгу. Я не торопился вставать. Все тело томилось негой и расслабленностью. Не открывая глаз, я продолжал лежать. На улице очень сильно потемнело и веяло влагой. "Дождь будет... наконец-то. ", - прошептало мое сознание. Я едва приоткрыл глаза, на веранде было практически темно. Нега не покидала меня. В комнате (у нас нет спальни, только детская и зал с верандой) возилась Вера. "Неужели она не оставила ребенка?", - я немного расстроился, сегодня хотелось тишины и покоя. Я продолжал лежать, из комнаты тихо доносилась Веркина возня. Чуть шире приоткрыв глаза, не поднимаясь, я повернул голову в сторону комнаты и пытался рассмотреть сквозь нашу цельностеклянную дверь и плотно покрытую блестками гардину, чем занимается мое семейство. Но не было видно совершенно ничего - лишь какой-то легкий шелест. Гардина отражала свет, сочившийся сквозь жалюзи. "Она не видит меня из-за былец раскладного кресла", - уже более осознанно мелькнуло у меня в голове. КЛАЦ!!! В комнате зажгли все восемь ламп нашей зеркальной люстры. Я закрыл глаза. Так сильно стемнело, что эта впышка искусственного света даже днем болезненно ослепила меня. Хотелось вновь провалиться в сон. На душе было сладко и лениво. Медленно, я начал приоткрывать свои припухшие от кратковременного сна глаза. Как зыбка бывает грань меж сном и явью, когда мы просыпаемся. Я спал... Шум дождя на улице. Посреди моей комнаты стоит крупный мужчина. Я вижу его силуэт. Почему он здесь стоит? Смех! Его негромкий смех сдергивает с моих глаз плену наступившего забвения... Его обнимает Вера... "СТОП!!!", - медленно мою голову охватывает сильный холод. "Я не сплю? Я не сплю!? Я не сплю!!!" В центре моей комнаты стоит крупный мужчина лицом ко мне. За шею его обнимает моя Вера. Они страстно целуются. Холод. Сильный холод в голове. Чуть более ясный взгляд, свет почти уже не слепит. Полный паралич мозга. Я просто лежу... Они целуются. Целуются страстно, сильно прижимаясь друг к другу. Он сгорбился, чтобы ей было удобнее, и крепко держит ее за талию. В моей голове диалог: - Это не Вера?? Это не Вера!? Это не Вера!!! - Кто это? - Это ее подруга. - Почему на ней Веркин сарафан? - Одолжила. - Почему у меня дома? - Попросила ключи. - Но такого никогда не было, я не согласен на это! Стон, негромкий Верин стон. "Это ОНА... ОНА... ОНА... " Я не могу шевелиться, я не могу думать, я не могу воспринимать. Я парализован. Слышу дождь. Слышу шелест их одежды. Она целует его. Целует страстно. Плотно, очень плотно прижимаясь к нему. Он берет ее за бедра. У него очень большие руки. Он охватывает практически все ее ягодицы, и крепко сжимает. Вера изгибается и шумно вдыхает, не прекращая целовать его. Он очень крупный, она стоит на носочках, но едва достает до его лица. Он продолжает мять ее бедра... Какие крупные у него руки! Какие широкие плечи, большая голова, очень темные короткие волосы. "Я ЗНАЮ ЕГО!!" Картинка меняется. Мне 19 лет. Я худощавый подросток. Передо мной стоит Вартан. Парень, с которым мы когда-то учились в одной школе. Он старше меня на 2 или 3 года и гораздо крупнее. Мы грубим друг другу, он прессингует, я испытываю страх, раздражение и обиду. Мы поспорили из-за столкновения на тропинке, которая проходит недалеко от моего дома. Я задумался и налетел на него. Как на стену налетел. Больно было скорее мне, чем ему, но он требует извинений! Какой нахал! Он оскорбляет меня в присутствии своих друзей, я готов драться, но как? У меня нет шансов, он огромен. Задето мое достоинство, но я не могу ответить. Я пытаюсь свести конфликт на нет, но он слово за зловом провоцирует эскалацию. Вдруг говорит что-то очень унизительное. Я задерживаю дыхание, делаю шаг вперед и кулаками толкаю его в грудь. Но нет, я скорее отталкиваюсь от дерева. Он бьет меня в грудь. Я не могу устоять. Я на земле, и вставать смысла нет. Его друзья смеются, громко смеются. Все презрительно смотрят на меня, я тихо огрызаюсь. Они уходят... ... Вартан поднимает сарафан Веры. Лишь миг я вижу ее бедра, руки Вартана, огромные руки Вартана закрывают их и начинают сильно, очень сильно мять, растягивать в стороны, с силой сжимать. Вера стонет. "ВЕРА СТОНЕТ!" Я не осознаю себя, холод и боль, невыносимая боль сковали меня. Я не присутствую здесь, но вижу и слышу. Они отрываются друг от друга, что-то говорят стоя в обнимку. Она снизу вверх смотрит на него и улыбается. Одним поднятием рук Вартан сдергивает через голову ее сарафан. Она поднимает руки и "выпадает" из него со смехом. Он с невероятной легкостью берет ее на руки и целует. Вера держится за его толстую шею и прижимается к нему всем телом. Она лежит в его руках, как в колыбели. Вартан подходит к дивану (у нас угловой раскладной диван, но он сложен) и просто бросает ее вниз. Вера с хохотом падает на диван, Вартан стоит над ней. Он огромен. Как же он огромен. Наклонившись к Вере, он игриво берет ее за бедра и одним движением срывает трусики с ее выпрямленных ножек. "Она их выпрямила... выпрямила. . " Что происходит? Где я? Это сон? Вартан деловито раздевается, Вера лежит вдоль сложенного дивана и прикусив губу смотрит на него. В ее глазах восторг. Вартан действительно огромен. Без одежды он больше, чем в ней! Рубашка, брюки, носки, трусы... Он без одежды. "Вуаля", - слышат мои уши. Вера свешивает с дивана ноги, Вартан приближается. Все его тело покрыто очень черными кудрями, кожа темная, на лице щетина. Между ног свисает медленно поднимающийся пенис. Вот он подошел в плотную к дивану и, АХ! Вера уже держит его член в руке... она начинает двигать ею... наклоняется и... берет его в рот. "Что происходит? Это сон? Явь? Что я здесь делаю? Как я здесь оказался? Кто они? Это моя Вера? Почему это происходит? Как это может быть? ЧТО ПРОИСХОДИТ?", - циклически пульсирует в моей голове. Я, как мертвый, лежу на боку, и сквозь гардину смотрю на то, как моя любимая, моя дорогая девочка держит во рту член. Чужой член! Член человека, который мне ненавистен! Все мое тело пульсирует, его объял мертвый холод, я не чувствую себя. Я мертв! Обнаженный, огромный детина стоит перед моей маленькой, хрупкой и такой невинной женой, и она, медленно двигая головой гладит губами головку его медленно твердеющего члена. "Они не приняли душ... ", - почему-то мелькает в голове. "Она всегда принимает душ... Душ перед чем?! Ааа, перед тем, как заняться любовью с другим!" Страшная боль в груди. Полный паралич. Вера опускает руку, член Вартана уже стоит. Он короткий, но очень толстый. Боже, какой он толстый! Вартан берет Веру своими огромными руками за затылок... Ах! Он начинает двигать своим массивным задом. Нет! Не задом. Он двигает своим членом во рту моей жены! Как может быть, что в ее маленький ротик такое влезло? Вартан тихо стонет. Вера уже не двигает головой, ей не нужно этого делать, он все делает сам. Что он делает? Он двигает членом во рту моей супруги! Она позволяет делать это! Она позволяет двигать членом у себя во рту! И кому она позволяет? Ах. . Боль. Вера подбирает под себя ноги и становится на колени. Упираясь одной рукой в край дивана она отталкивает Вартана другой и он отступает на шаг, не опуская головы. Член выпадает... Она улыбается, глядя ему в глаза! Что она делает? Отталкивает его еще немного, вытягивает шею, немного нагибается... Зачем? Зачем она это делает? Вартан опускает голову и глядя ей в глаза, не отпуская руками ее затылка вставляет член ей в рот. Он прижимает ее к самому своему лобку. Господи! Она вытянула шею, чтобы он мог войти глубже! Ко мне возвращается частичка сознания, я ощущаю как по моей щеке течет слюна, горло полностью парализовано, я не могу сглотнуть ее. Я фокусируюсь на том, чтобы сглотнуть слюну... Вера, изгибая талию в такт движениям Вартана, издает странные звуки. Ее губы сильно натянуты, рот до предела открыт, щеки раздуты. Ее лицо не похоже на себя, это не ее лицо, это другое... другая Вера... не моя. Вартан плавно но довольно быстро двигает задом, вставляя до упора свой член ей в рот, затем вынимая почти до конца, вставляет вновь. Видно как вздувается ее горло. Невыносимо! Ее горло вздувается с каждым толчком. Иногда он останавливается и вынимает член полностью, она вдыхает. . Холод в моем теле медленно начинает замещать сильный жар, он исходит от моего лица и начинает течь по шее. Невыносимый жар, я практически не могу дышать. "Сколько времени прошло? Эти звуки невыносимы! Я умру?" Вдруг Вартан отталкивает Веру. Как грубо он это делает! У нее красное лицо, у нее мокрые и опухшие губы. Я никогда не видел у нее такие губы! Быстро нагнувшись, он достает презерватив из кармана своих брюк и, рывком разорвав упаковку, начинает одевать его, тот выскальзывает и падает. Он поднимает его с пола!"Боже он же грязный!" И продолжает одевать его. "У него короткий член! У него толстый член! Почему он такой смуглый? Почему головка белая? Потому-что он смуглый? Откуда на нем столько кожи? Он весь в складках!" Вера сидит неподвижна и смотрит ему в лицо. "Она никогда не смотрит на меня!!! Она никогда не делала мне минет!!!" Приступ жара и боли. Бесцеремонно, ах, как бесцеремонно он берет ее за бедра и поднимает. "Разве она невесома?" Кладет на левую, согнутую в локте руку. "Как полотенце!" и, поддерживая под грудь другой рукой, приставляет ее (именно он приставляет ее) задом к своему торчащему как скала члену. Вера вздрагивает всем телом, с трудом дотягивается до спинки дивана руками и едва достает, нет даже не достает коленями до подушки. Вартан медленно начинает приближать ее к себе, но тут же останавливается. Они "висят" неподвижно. Затем он снова начинает приближать ее к себе, она опять вздрагивает и он останавливается. Оба очень глубоко и шумно дышат. Вартан делает пару шагов вперед и Вера опирается на спинку дивана и твердо становится коленями на него. Вартан убирает руки и берет ее ладонями за внутренние доли бедер, приподнимая ее теперь таким образом, и разводит колени до горизонтального положения. Уже все мое тело объял жар. Каждая клетка моего организма пропитана этим жаром, я не могу дышать. Болит сердце... вся грудь болит. Невыносимо болит, хочется скрутиться, но я не могу. Вартан, удерживая веру в воздухе медлено нажимает на нее, но она вздрагивает и стонет. Некоторое время они неподвижны. Она медленно начинает вращать бедрами, выгибая до предела спину. Вартан придавливает еще немного и приближается к ней. Ноги! Верыны ноги дрожат, ее ягодицы периодически сокращаются, но она продолжает вращать бедрами. Медленно, плавно, издавая шипящие вдохи. Наконец ее тело вздрагивает и Вартан немного придвигается к ней. "Он вошел!", - взрывается у меня в голове. Яркая вспышка света в глазах и страшная тошнота. Невыразимая тошнота, исходящая из всей нижней части моего тела. Вспышка медленно гаснет, в ушах свист, громкий свист. Я не слышу звуков окружающего мира. "Где мир?" Вера стоит на коленях сильно раздвинув ноги и невероятно выгнув спину, ее голова и руки лежат на спинке дивана. Вартан держит ее за бедра и медленно, очень медленно притягивает ее к себе, она продолжает вращать попой. Медленно он надевает ее до упора и останавливается. Вера несколько раз шумно вдыхает и вздрагивает. Он начинает отодвигать свой зад. Видно как она вся подается за ним, ее губы выворачиваются и ползут по нему, как резиновые... "Боже, он очень толстый! Как он мог войти? Как это возможно? Она не предназначена для такого! Он слишком велик! Она слишком мала!" Медленно его движения начинают ускоряться. Это едва заметно. Каждый вход чуть, на малую долю быстрее, чем предыдущий. Его член весь блестит темным влажным блеском. Его тело, как скала. Она, как ребенок. Они несовместимы, они слишком разные. Он неумолимо ускоряется. . "Вера! Услышь меня Вера! Ты ли это!? Что тобою движет? За что это мне". Дрожь охватывает мое тело, тошнота и так не выносимая еще более усиливается. Жар прожигает меня изнутри. Я сглатываю слюну... "Почему, Вера? Почему это происходит? Что я не дал тебе? Почему никогда ты не была такой со мной? Ведь я готов был дать тебе все! Целый мир, и всего себя без остатка?". Могу шевелиться. Мое тело слабо. Очень слабо. Я готов вырвать, но могу шевелиться. У меня горячка. Страшная, неуправляемая. И боль, она разрывает всю мою сущность. Медленно приходит осознанность. Я возвращаюсь в тело. Вера начинает стонать. Сильно, громко, не тем голосом, которым она общается с миром, это другой, глубокий и грубый голос. Я не слышал его никогда. "Это не она! Это не может быть она!" Но это она, и ее стон разрывает меня изнутри. Я не вынесу этого. Я выпадаю из действительности. Что это? Веры нет: Вартан. Он лежит на диване спиной ко мне. Нога! Верына нога свисает с дивана. Он снова медленно движется. Я не вижу ее под ним. Он огромен. Ее вторая нога! Она на закинута на спинку! Как она поместилась под ним? Какой гибкостью должно обладать ее тело? Видно как подается диван под их весом. Он ускоряется. Опять ее стон! Он еще более груб и громок. Он уже движется в "нормальном" темпе. Раз в 2 секунды слышно режущее душу: "У-у-у-ммм, с-с-с!" , "У-у-у-ммм, с-с-с!" , "У-у-у-ммм, с-с-с!". "Я должен, я могу все прекратить! Прорезает мой разум. Я резко поднимаю голову, она так тяжела! Тошнота охватывает мое тело. Мутнеет в глазах:" "У-у-м-м-а" , "У-у-м-м-а" , "У-у-м-м-а" , - Вера начинает вскрикивать на выдохе. Я не вижу ее, где моя Вера? Она обнимает его ногами за талию. Как ей удается это? Его талия шириной с угол дивана!"Да!" - выкрикивает она. "Все, я имею силы и волю все прекратить! Я встану. Сейчас я встану. И что...?" Странное чувство начинает обволакивать меня. Оно резкое и сильное. Оно: это СТРАХ!!"Боже, я боюсь встать. Я встану, и что я скажу? Что вообще можно сказать? Или сделать? Чего я боюсь? Вартана? Да, я боюсь его, боюсь животным лишающим сил страхом. Что я могу сказать ему? Убью! Я убью его! Убью? Как это? Всатну, пройду мимо них на кухню за ножом, вернусь и убью? Я могу это сделать? Нет, нет, нет я не могу это сделать. И не Вартана я боюсь. Что он может сделать еще? Как он причинит мне большую боль, чем я уже имею? Это невозможно! Чего же я боюсь?" Вартан встает. Обвив его ногами и руками на его члене "висит" Вера. Ее лицо лишено всяческой человечности, оно животно! Он крепко сжимает ее ягодицы своими огромными ладонями. Он мнет их. Сильными движениями он "надевает" ее на себя. Она громко, слишком громко вскрикивает при каждом толчке. Она вся красная и влажная от пота, на спине белыми полосками отпечатались складки дивана. Вартан начинает медленно ходить по комнате, поворачиваясь то лицом и ее попой ко мне, то своей волосатой и смуглой спиной. "Чего же я боюсь? Я должен признаться, чего боюсь. Боюсь... презрения. Именно презрения. Но не призирают ли они уже меня, делая это? Я не смогу посмотреть ей в глаза! Я не смогу сказать ей что-то, я просто окаменею от страха. Я уже окаменел, я не могу шевельнуться, но уже потому, что боюсь!" Он остановился возле спинки противоположного угла дивана и замер. "Вера! Ах, Вера! В тебе нет ничего человеческого. На кого ты похожа? Что ты из себя сейчас представляешь? Что ты думаешь и чувствуешь?" Медленно он "снял" ее с члена и переворачивая в воздухе как игрушку, положил животом на быльце дивана. Головка его члена опухла и стала огромной, он весь пульсировал и содрогался. Верыны ноги и попа были полностью мокрыми. Она была, как кукла обессилена и податлива. Как только он придвинулся к ней, она послушно прогнула талию, выпятила попу и подняв правую ногу, положила ее на быльце. Я не чувствовал ничего, я был полностью уничтожен и разбит. Я был умерщвлен собственным страхом и болью. Вартан, стоя на коленях сзади быстро и сильно вставил ей. Она напряглась, но тут же обмякла. Он взялся за быльце обоими руками и начал мерно двигать задом. Послышалось знакомое "У-у-м-м-а" , "У-у-м-м-а" , "У-у-м-м-а". Вартан увеличивал темп. Он двигался быстро и резко, лишь на долю секунды останавливаясь на пике. "Ах Вера? Что ты делаешь? Кто ты? Посмотри, ты животное. Ты похотливая скотина. Я ненавижу тебя! Ты не достойна даже презрения. Что ты позволяешь делать с собой? А я? Я то тоже хорош! Лежу и смотрю как мою жену, ту, которую я так люблю, имеет здоровый мужик. И у меня нет воли встать." "а-А-а-х-х" , "а-А-а-х-х" , "а-А-а-х-х" , - раздавалось из комнаты. Вартан, как машина, держась за быльце дивана с огромной скоростью вставлял и вынимал из влагалища моей жены свой твердый и толстый член. Он с такой силой входил в нее, что ее ягодицы сжимались под натиском его тела. Диван начал скрипеть. "А-а-а" , "А-а-а" , "А-а-а" , - все громче и короче выкрикивала Вера. "Боже, ведь это слышат соседи" , - мелькнуло в моей пульсирующей голове. Диван стал стучать о стену и очень громко скрипеть. Вера начала извиваться под ударами Вартана. Ее тело то сжимала судорога, то дергала конвульсия. "Плям, плям, плям" , - был слышен страшный звук обмякшего и растянутого влагалища Веры. "А-А" , "А-А" , "А-А" , - резко и громко выкрикивала с животной гримасой моя жена. Она кончала. Кончала бурно и так страстно, как я никогда не видел. Ее били жуткие конвульсии. Лицо было искажено гримасой. А крики слились в единое "А-А-А-А-А". Вартан, до этого не издававший ни звука начал рычать как зверь. Его удары стали реже, но такой силы, что мне становилось страшно. Все мое тело пульсировало, разум отказывался принимать происходящее, страх не оставил мне надежды выдать себя. Но что это? Я не мог поверить. Это невероятно. Жуткий стыд пронизал мое тело... У меня стоял член. Он не просто стоял, он был так напряжен, что мне показалось, что еще немного и он просто лопнет. Он пульсировал в так ударам сердца, которые проходя через все тело, отзывались в нем предательским возбуждением. Вартан издал победный рык и упал на пол рядом с обессиленной Верой. Ее конечности иногда подергивались, по ногам струилась влага. Пошли мучительные минуты полной тишины. Вера поднялась первой и пошатываясь подошла к Вартану. Он протянул руку и притянул ее к себе. Долго. Мучительно долго они лежали не двигаясь. Я отвернулся и на мои глаза наконец навернулись слезы. Я просто лежал, смотрел в никуда, а по моим щекам щедрым потоком лились ручьи моей боли. Стыд не отпускал меня, мой член все еще стоял, и был так возбужден, что я боялся к нему притронуться. Я не видел как они расстались. Но набрался мужества выйти с балкона только когда услышал стук входной двери и шум воды в душе. Я вышел, на полу было убрано и ничто, совершенно ничто, кроме резкого запаха секса не могло сказать о том, что здесь произошло. Я простоял несколько минут посреди комнаты и почувствовал, что силы покидают меня, тошнота, мучительно давила на горло. Я подошел к входной двери, и громко хлопнул ею. Шум воды в душе тут же прекратился. - Кто там? - услышал я ее веселый голос. - Я, - хрипло послышалось из моих невыносимо пульсирующих легких. - Ты чего так рано? - встревожено спросила Вера. - Света на заводе нет. Нас отпустили. - А, - за которым последовала гнетущая тишина. - Я отравился, лягу спать, мне очень плохо. - Очень плохо? - сочувственным тоном произнесла Вера, - Ну ложись. Я постелил постель и обессиленный рухнул туда, где так недавно имели мою жену. Мою милую девочку: Предательски твердо было в трусах: "Я убью ее: я убью его: я убью их: всех убью: весь мир взорву" , - я расплакался. Мне было невыразимо одиноко, и никто, совершенно никто не мог мне помочь. Сон забрал меня так быстро и был таким глубоким, что мне показалось - я и не спал вовсе, а просто открыл глаза от звонка будильника в мобильном телефоне. В первую минуту я не помнил произошедшего. В щелочку между век я увидел Верыно лицо. Такое удивительно свежее и невыразимо красивое. - Зайка, я так переживала, даже врача звала с соседнего этажа. Ты был весь горячий, тебя трясло почти весь день и всю ночь. Я прямо извелась. Воспоминания нахлынули мощнейшей волной, вернулся жар и холод. Они одновременно присутствовали в моем теле. - Я не пойду на работу. - Конечно. Окончательно проснулся я в 10 дня. Дома никого нет. Моя семья поехала на дачу - вспомнилось мне. . Жить не хотелось, хотелось умереть прямо сейчас. Я не мог избавиться от дрожи и жара. Мой член до сих пор стоял. Я взял его в ладонь и начал со слезами на глазах мастурбировать. Хватило 10-15 движении и я разорвался мощнейшим, даже болезненным оргазмом. Пришла пустота. Она была глубже, чем все, что я испытывал до сих пор в жизни. Пролежав полчаса, я встал, покурил, и не завтракая сел за компьютер. Бесцельно бродя в Интернет по страничкам, которые Яндекс находил по слову "измена" , я наткнулся на статью, какого-то доктора психологии, в которой говорилось: "Первое что должен предпринять человек (особенно если это мужчина) переживший измену близкого - выразить все, что в нем есть по этому поводу, лучше написать, написать подробно, вновь проживая ЭТО. Еще лучше дать прочитать другим, и они проживая это с Вами, заберут боль. Иначе разрушающая ревность может если не убить, то вызвать серьезные заболевания:" За неимением других рекомендаций, заканчиваю свой лечебный "рассказ" , для написания которого понадобилось вновь быть там, вновь видеть ЭТО и пережить его. Ловлю себя на мысли, что я вновь могу набирать текст с высокой скоростью, а мое тело больше не пульсирует. Как же быть дальше? Жить или нет? Как поступить с женой, ведь я ее до сих пор люблю? А сын? Стыд, страх, обида, ненависть, полное неприятие жизни все еще сильны во мне и я чувствую как они разрушают меня: Что же сказать себе, чтобы пережить это? Ответов пока нет: Всецело Ваш, Нетсилтерпеть. P. S. Я не перечитывал это вновь, потому прошу простить вопиющие грамматические и синтаксические ошибки, возможные пробелы и бессмысленности. Сил мыслить нет.

Наташка

Я понял, что надо делать. Я хотел это сделать. Уже очень давно хотел. Я наклонился и коснулся губами Наташкиных губ. Это был ещё не поцелуй. Просто прикосновение. Но её губы раскрылись навстречу и тогда я нежно обхватил их своими. Мягкие тёплые, они то послушно отдавались нежной ласке, то вырывались и сами страстно ласкали. Я уже отпустил Наташкины локти и взяв ладонями её лицо упивался сладостными поцелуями. И она не оставалась в долгу, и каждый её ответный поцелуй подхлёстывал меня и я никак не мог остановиться. Её руки коснулись моей талии. Сначала неуверенно, но по мере того, как поцелуи становились всё жарче, девушка смелела. Вот её ладошки пробрались под майку, коснулись моей кожи, поползли вверх по спине. Наташка плотнее прижалась ко мне. Сквозь тонкую ткань я почувствовал нежную упругую грудь. Я скользнул руками по обнажённым плечам, осторожно опустил ладони на тугую попку. Прижал к себе, давая почувствовать девушке насколько сильно моё желание. Она на миг оторвалась от моих губ, обвила руками мою шею и снова залепила мой рот поцелуем. Я плотнее обхватил упругие ягодички и подхватил девушку на руки. Наташка не растерялась, плотно обхватив меня своими крепкими бёдрами. Она была девушкой миниатюрной и совсем не тяжёлой, кроме того моя страсть придавала мне дополнительные силы. Я шагнул к незастеленному дивану и сел на него опуская девушку себе на колени. Не говоря ни слова Наташка стянула с меня рубашку и майку. Прикосновения её рук к моему обнажённому торсу были невыразимо приятны. Сладкая дрожь пробегала по всему телу, когда тонкие пальчики прикасались к моим соскам, мяли грудь. Мои руки переместились с тугих ягодиц на талию. Я потянул вверх лёгкую маечку. Дома Наташка почти никогда не носила лифчика и её небольшие молодые грудки так соблазнительно покачивались под тонкой одеждой, и мне порой было трудно отвести взгляд от торчащих сквозь одежду сосков. Сейчас я видел эти небольшие розовые навершия крепких молодых грудей и не мог поверить, что это, наконец, свершилось. Но Наташка не дала мне налюбоваться ими. Она опрокинула меня на спину и вновь её губы завладели моими. Девушка, видимо, любила целоваться, но я и не возражал. К тому же к страсти её поцелуев добавилось пьянящее ощущение от соприкосновения её обнажённых крепких грудок с моей грудью и плотный контакт девичьего лобка с моим налитым силой рвущемуся наружу естеством. По видимому девушке тоже было приятно ощущать эту упругую выпуклость на моих штанах, потому что я почувствовал, как она тихонечко начала тереться о неё своей промежностью. Я ласкал нежную кожу её спины всё ещё не решаясь пробраться под её спортивные штанишки, но Наташка сама всё предопределила. Она вдруг оторвалась от моих губ и подавшись вперёд нависла грудями над моим лицом. Теперь я вволю мог насладиться этими очаровательными холмиками. Я целовал, лизал, покусывал нежнейшую кожу с твёрдыми навершиями сосков. Я видел, чувствовал, как от моих ласк они становились ещё больше и плотнее. Девушка тихонько покачивалась из стороны в сторону давая мне возможность уделить одинаковое внимание каждой из своих восхитительных округлостей. Одновременно, уже не стесняясь, я пробрался под Наташкины "треники" и вовсю наслаждался упругими ягодичками то и дело проскальзывая пальцами по ложбинке между ними прикрытой тонкой полоской трусиков. Это, как бы случайное, поглаживание, видимо нравилось девушке, потому что каждый раз когда мой палец оказывался во впадинке она непроизвольно приподнимала попку давая возможность моему пальцу проникнуть ещё ниже, к самой заветной цели, но я отступал и всё начинал заново. Пора было брать инициативу в свои руки и я одним движением перевернулся подминая под себя хрупкое девичье тело. Наташка не сопротивлялась. Ей уже совсем захорошело и она полностью отдалась на милость своим чувствам. Я завёл её руки ей за голову и продолжил нежное истязание её груди. Повидимому это была её эрогенная зона, потому что завелась она не на шутку и вскоре я услышал её первый стон, а сосочки стали просто каменными. Но я не собирался ограничиваться этим. Мои губы стали спускаться ниже уступая место моим рукам. Я оглаживал тугие холмики изредка как бы случайно касаясь напряжённых вершин и в этот момент девушка выгибала грудь вверх и тихонечко стонала. А я стремился всё ниже. Теперь, вволю наигравшись с нежными грудками, я с таким же вожделением стремился добраться до самого сокровенного. Уделив немного внимания нежному пупку и подрагивающему от моих ласк животику я медленно, но решительно потянул мешавшие мне "треники" вниз, по дороге освобождая Наташку и от тоненьких и совсем теперь уже ненужных трусиков. В нос ударил терпкий, но такой манящий аромат распалённой женской плоти. Я увидел узкую щёлку с розовым входом в обрамлении коротких тёмно-русых волосков. Недолго думая, я склонился и медленно провёл языком, снизу вверх, по влажной щели на миг задержавшись у самой вершины. Я осторожно раздвинул пальцами нежнейшие створки и обхватил губами вершину там, где укрывалась за нежными складочками чувствительная горошина. Повидимому я достиг цели: Наташка охнула и ухватив мою голову своими руками двинула таз вверх. Я нежно обсасывал чувствительные складочки, языком то надавливая, то кружа вокруг упругого клитора. Два пальца я осторожно, не глубоко погрузил во влажное лоно: девушка вовсю текла. Наконец, не в силах совладать с нахлынувшим желанием, Наташка потянула мою голову вверх и залепила влажные губы страстным поцелуем. Я почувствовал, как неторопливо она стягивает с меня остатки одежды высвобождая мою застоявшуюся плоть. Это было здорово чувствовать, как приспустив мои штаны она скользнула тёплыми пальчиками по напряжённому члену, как бы проверяя, готов ли он к работе. Видимо удовлетворённая его состоянием, она скользнула руками на ягодицы и подала бёдра навстречу моему стояку. Конечно я бы мог войти в неё сразу, но приученный за многие годы семейной жизни сдерживать себя, я не спешил. Сначала я лишь легонько касался головкой входа в девичье святилище, скользил стволом вдоль него прижимаясь мошонкой к лону. Наташка нетерпеливо старалась поймать его, сильнее сдавливая мои ягодицы. Взявшись за спинку дивана я навис над девушкой соприкасаясь с ней лишь там, внизу, и с удовольствием наблюдал, как извивается её тело пытаясь скорее слиться с моим. Да я и сам был возбуждён не меньше, но не мог себе позволить, что бы наше с ней первое соитие закончилось моим поражением. Я твёрдо решил, что доведу её до оргазма. Тем более, что за время супружеской жизни я научился сдерживать свои порывы и продлевать сладкие минуты до наступления взрыва. Мать Наташки была хоть и страстоной женщиной, но чтобы разжечь её, а уж тем более привести к финишу, требовались некоторые усилия. Я осторожно ввёл головку в истекающее лоно и замер. Наташка двинулась навстречу, но я отстранился. - Не спеши, родная, не спеши... Вот так... По чуть-чуть... и ещё чуть-чуть. Медленно, не спеша я проникал в неё, сдерживая как мог её порывы. Наполовину войдя в неё я стал осторожно двигаться иногда целиком выходя из горячего лона. Когда она уже привыкла к таким неглубоким погружениям, я вдруг одним движением вошёл в неё до конца, целиком, и замер. Неожидая этого Наташка протяжно застонала выгибаясь всем телом мне навстречу. Теперь я не спешил выходить. Находясь в её тесном упругом влагалище я знал, чувствовал, что если сейчас выйду, то не смогу сдержаться и кончу. Поэтому я лишь легонько покачивал бёдрами, то напрягая , то расслабляя свой инструмент, как бы привыкая к обволакивающему его влажно-горячему кольцу. Прийдя в себя от первой волны блаженства я стал двигаться. Медленно, не спеша, я вышел из Наташки и вновь вошёл до упора. Чередуя глубокие и мелкие проникновения я чувствовал, что теперь могу продержаться долго. Я как бы "перехотел" свой взрыв и теперь просто наслаждался. А Наташка уже не сдерживала себя. Её движения стали резче и иногда я даже совсем не двигался, а она сама буквально насаживала себя на мой кол. Я знал, что никакие уговоры сейчас не помогут и просто ждал, когда девушка взорвётся. И этот момент настал. Наташка вдруг напряглась, подавшись вверх, несколько раз судорожно всхлипнула по детски перебирая руками как бы желая поудобнее взяться за меня, и потом протяжно застонала. Я почувствовал, как несколько раз её разгорячённое влагалище сжало мой фаллос и его обдало горячей волной. Не передать то ощущение восторга, победы и невыразимой нежности, когда доводишь женщину до экстаза и понимаешь, что можешь ещё. Наташка как-то сразу обмякла, я склонился к ней, стал осыпать её лицо лёгкими поцелуями осторожно, по чуть-чуть двигаясь в ней. От этих движений она несколько раз вздрогнула всем телом. Теперь её руки не сжимали меня крепко, страстно, а легонько поглаживали доставляя этим ещё большее наслаждение. Я осторожно вышел из неё и лёг рядом. Моё возбуждение не прошло, но я ни за что не стал бы сейчас продолжать акт девочке надо было дать отдохнуть. Наташка положила мне голову на плечо и молчала. Её рука нежно поглаживала мою грудь. Я знал куда она смотрит и не пытался прикрыться. Постепенно её рука спустилась вниз и вскоре я почувствовал лёгкое прикосновение тонких пальчиков к своему члену. От этого он вздрогнул и казалось увеличился ещё больше. Я глубоко вздохнул от переполнявшего меня блаженства. А ловкие пальчики вовсю начали исследовать доставшееся им богатство. Они поглаживали ствол, легонько сжимали мошонку, спускаясь ещё ниже, подбирались к самому анусу и тогда я непроизвольно приподнимал таз, напрягая ягодицы, чувствуя как сводит мышцы от удовольствия. Обхватив фаллос в кольцо пальчики несколько раз скользнули вверх-вниз по нему. И тут Наташка опустила голову ниже, мне на грудь. У меня даже перехватило дыхание от осознания того, что она собирается мне подарить. Я ещё сомневался пока её губы терзали мои соски, но когда они спустились к пупку, я замер боясь вспугнуть неожиданное счастье. Наконец я почувствовал, как мягкие губы коснулись набухшей головки, потом отпрянули и опять прильнули. Тугой язычок облизнул багровое навершие моего копья и оно исчезло во влажной глубине Наташкиного ротика. Короткие русые волосы не могли скрыть от меня то, что девушка вытворяла с моим членом. Она легонько обсасывала головку, скользила шустрым язычком вдоль упругого ствола, теребила им навершие в самом чувствительном месте, а то вдруг накрывала его мягкими губами и погружала в свой чудесный ротик. Я не мог долго терпеть эти восхитительные пытки. Мои бёдра легонько двигались навстречу нежным ласкам и вскоре я почувствовал приближение оргазма. Мои руки сами легли на голову Наташки ощутив шелковистую мягкость её русых волос, я несильно двинул член в неё и взорвался! Это было что-то! Такое блаженство я испытывал раза три, четыре за всю жизнь. Все чувства обострились до предела, всё моё тело превратилось в один сплошной нерв, в ушах стоял звон, а сперма мощными, как мне казалось, толчками вырывалась из окаменевшего фаллоса и наполняла ротик девушки. Но Наташка и не думала вырываться. Повидимому она именно этого и добивалась, и я вдруг почувствовал, как она стала сглатывать исторгаемую мной влагу и осознание этого наполнило меня ещё большим восторгом. - Это тебе в благодарность за то, что ты для меня сделал, - сказала Наташка, после того как моя эйфория закончилась и она тщательно облизала слабеющий член. - Я ещё ни с кем так не кончала как с тобой. Тёплые припухшие губы обхватили мой рот и я ответил на этот благодарный поцелуй вкладывая в ответ всю нежность на которую был способен. Прислушиваясь к своим ощущениям я чувствовал, что не испытываю никаких угрызений совести, даже наоборот счастье буквально накрыло меня. А с чего мне было мучиться. Хоть это и цинично звучит, но Наташка, по сути, не была мне кровной родственницей. Дочь жены от первого брака, да к тому же совершеннолетняя по всем стандартам, она была просто женщиной, а я мужчиной. Всю критику, вопросы, пожелания и советы можете направлять по адресу: emil.79@bk.ru